Призываем меценатов и спонсоров поддержать наш некоммерческий научно-исследовательский проект.

См. также: Материалы расследования Версия для печати
Реконструкция историиРеконструкция истории

Книга Изота Невского

 

И после того уже принял болгарское царство сын Испора царя – имя ему было Изот. И тот царь погубил Озия, царя востока со своими войсками и Голиата, франка союзника. И в годы болгарского царя Изота имели много великих градов. И родил царь Изот двух отроков: одного назвал Борисом, а другого Симеоном. Царь Изот царствовал 100 лет и 3 месяца и в граде, наречённом Плиской, почил.

§ 1. Плискский оракул или устами младенца...

У Испора на момент его смерти уже подрастал сын по имени Изот. Впрочем это имя я только-что озвучил на вендский манер, хотя нетрудно догадаться, что по-готски оно должно было звучать как Йозеф. А это в свою очередь вполне недвусмысленно свидетельствует о том, что этого ребёнка буквально с самых младенческих лет прочили в качестве очередного бога. Ну вот и посмотрим, что из этого получилось?

Правда тут надо добавить, что в канонических источниках Изот фигурирует в основном под прозвищем Тервел (или Тервелий, Тервелис). Кроме того известно одно довольно-таки редкое готское разночтение этого имени – Требель. И все эти разночтения в совокупности сразу же ассоциируются с уже известным нам Теребовлем. Так может быть Крым – это место рождения Изота? Увы, пока не знаю точно.

Кстати говоря, каноническая история очень долго и упрямо не желала признавать прозвище «Изот» применительно к сыну Испора. Но в последнее время произошли некоторые положительные сдвиги в этом направлении, и, как я заметил, некоторые авторы с совсем недавних пор стали упоминать сразу оба прозвища.


Оказалось, что Карл в своё время поступил несколько опрометчиво, вернув Атанариху трон магистра тевтонского ордена. Просто после гибели Испора в Царьграде снова началась буквально паника, но на этот раз госпитальеры уже поддержали судью Атанариха и, организовав некий мятеж, даже свергли сатрапа, посаженного перед этим Карлом в Царьграде. Так что снова появилась опасность проникновения варягов (а также в принципе и тервингов) в Эгейское море. Правда сын Эрманариха в данный момент времени ещё не успел достичь совершеннолетия, что давало тогда надежду на некоторую отсрочку активных боевых действий со стороны хотя бы уж крымской Германии.

Но вся беда заключалась тогда в том, что Изот, подраставший тогда в Плиске, а точнее – в горном Невском замке, в то время тоже, как и его керченский кузен, ещё далеко не достиг совершеннолетия во всех отношениях. А это в свою очередь означает, что лично он никак не мог возглавить неизбежный штурм Царьграда, с которым в сложившейся опасной обстановке нельзя было слишком уж долго мешкать. Испор, понятно, никак не ожидал столь близкой своей смерти и по этой причине просто не успел официально назначить Карла или кого-то другого регентом к своему сыну. А в нынешней обстановке уже некому было сделать это так, чтобы это было полностью законно и безоговорочно признавалось бы всеми без исключения. Фактически получалось, что некому тогда было возглавить сопротивление.

Однако всё равно оставалась одна лазейка, благодаря которой в принципе можно было бы хотя бы попытаться достигнуть повиновения со стороны поданных по отношению к несовершеннолетнему наследнику престола. Просто от сына бога всеми ожидались какие-нибудь необычные способности и дарования. Поэтому Изот с самых отроческих лет оказался вынужденным мастерски играть актёрскую роль пророка или, если хотите, то – плискского оракула. Ну, а взрослые и более опытные дядька Карл с бабушкой Ингой конечно же каждый раз подсказывали юному и поэтому пока ещё начинающему оракулу, что ему следует напророчить и как надо поступить в очередной раз.

Но для начала следовало как-то обезопасить самого юного оракула, поскольку в сложившейся ситуации Плиска по своему местоположению была слишком уж уязвима. Для этих целей Карл поэтому распорядился спешно возвести сравнительно небольшой укреплённый замок на одном холме в глуби материка прямо на территории современных Афин, который и стал поначалу командной ставкой пророка. Это поселение, кстати говоря, получило название Сетин, которое впоследствии использовалось аж чуть ли не до самого конца XVII века. Ну и, само собой разумеется, что Карл с Ингой и Изотом тогда переехали на это новое для них место.

§ 2. Царьградское чудо

В данном случае уже не приходилось возлагать надежды на то, что госпитальеры повторно добровольно сдадут своего магистра Карлу или просто так впустят его за стены города. Поэтому Карл разработал для этого весьма хитроумный план, который по сути можно правильнее назвать диверсией. Просто под видом двух купцов, якобы продающих уголь, в город были засланы два молодых агента Карла, которые там познакомились с одной проституткой с предположительным прозвищем Лидия (т.е. румынка). На самом деле её прозвище в данном случае не слишком уж принципиально для нас, однако как скоро увидим, патриотизм так или иначе в общем-то не входил в черты её характера. Просто одна стена дома, в котором эта Лидия тогда проживала со своей многочисленной семьёй, буквально упиралась в оборонительную стену города. Так вот эти мнимые славские купцы поначалу предложили ей с выгодой для себя сдать в аренду её жилплощадь для временного хранения нескольких мешков угля, которые были перед этим завезены ими в город. Как все уже должны были догадаться, данный уголь был не таким уж простым и безобидным, раз уж он незадолго перед этим был смочен в растворе селитры и снова высушен. Правда сверху мешки были немного присыпаны слоем самого обычного угля без всяких там подвохов на тот случай, если кто-то вдруг, заподозрив например что-нибудь неладное или по какой-то другой причине, вдруг решит бросить в огонь горстку из такого коварного мешка.

По всей видимости славцы изначально собирались остаться в городе до тех пор, пока к стенам города не подойдёт войско, чтобы затем в нужный момент времени попросту поджечь фитиль. Однако тем временем обстановка в городе начала накаляться, и всех чужаков, и в самую первую очередь славцев, госпитальеры начали так или иначе преследовать. Убедившись, что заранее задуманный план невыполним, славцы решили в качестве экспромта подкупить Лидию. Однако всех имевшихся у них на руках ценностей было явно недостаточно для этих целей, и они буквально посулили ей золотые горы в будущем, когда город будет наконец захвачен. Правда для этого естественно пришлось раскрыть ей тайну предстоящего военного вторжения, хотя по сути это уже ни для кого давно не было тайной. Так или иначе, но некоторое соглашение тем не менее было определённо достигнуто, и в той стене дома Лидии, которая вплотную прилегала к крепостной стене города, общими усилиями было проделано сквозное отверстие, через которое наружу за городские стены можно было вывести фитиль.

Кстати вся технология порохового оружия тогда была строжайше засекречена и практически неизвестна рядовым обывателям. Так что едва ли Лидия тогда осознавала в полной мере, что от неё хотят? Так что можно в принципе тут сказать, что безграмотную девицу решили в данной ситуации использовать вслепую. Кстати, славцы тут проявили некоторое коварство и попытались слукавить, наверное чтобы не выплачивать Лидии впоследствии обещанное ей вознаграждение.

И сказали ей те люди: мы свободны будем от твоей клятвы, которою ты нас закляла, если не сделаешь так: вот, когда мы придём в эту землю, ты привяжи червлёную веревку к окну, чрез которое ты нас спустила, а отца твоего и матерь твою и братьев твоих, всё семейство отца твоего собери к себе в дом твой; и если кто-нибудь выйдет из дверей твоего дома вон, того кровь на голове его, а мы свободны [будем от сей клятвы твоей]; а кто будет с тобою в [твоём] доме, того кровь на голове нашей, если чья рука коснется его; если же [кто нас обидит, или] ты откроешь сие наше дело, то мы также свободны будем от клятвы твоей, которою ты нас закляла.

Книга Иисуса Навина. 2

Как Вы наверное заметили, неизвестный нам средневековый поэт, сочинивший впоследствии «Книгу Изота Невского», тоже был самым простым обывателем и далеко не во всех подробностях был осведомлён, о чём он повествует. Поэтому наверное остались некоторые неточности в описании. Тем не менее Лидия, какой бы простушкой она тогда не показалась двум хитроумным славцам, всё равно почему-то заподозрила какой-то подвох и буквально сразу же вслед за тем, как только славские лазутчики покинули город через лазейку, только-что проделанную ими в оборонительной стене, она выбросила наружу скорее всего от греха подальше эту страшную «червлёную веревку». Кстати обратите внимание, этим своим поступком она буквально сразу же нарушила клятву.


Происходили все эти события уже на самом пороге зимы. А зима, надо отметить, в этот год выпала на редкость лютая – даже на Босфоре понемногу начался самый настоящий ледостав. А если кому-то не верится в такое, то истории средневековья известен целый ряд таких лет якобы в XVII веке, когда Босфор зимой ежегодно покрывался льдом. Кстати, для жителей этих широт лёд и в самом деле в диковинку, и уже одно это природное явление воспринималось простыми обывателями в качестве некоторого божественного чуда, которое столь своевременно задерживало ожидаемое нашествие астраханских остроготов. И как только лёдяной покров пролива в достаточной степени окреп, Изоту лишь осталось как можно артистичнее напророчить о срочной необходимости вывода армии из Греции по направлению к Царьграду.

Естественно Босфор тогда можно было пересечь лишь пеше или же верхом прямо по льду, после чего по всем правилам военного искусства главный оплот визиготов был осаждён. И, как тут же выяснилось, Лидия никого не предала, так как фитиль, до сих пор незамеченный госпитальерами, и в самом деле по-прежнему свисал в на прежнем месте с крепостной стены. Казалось бы на первый взгляд, остаётся лишь самая малость – кому-то надо только подойти к крепостной стене и чем-нибудь подпалить этот фитиль. В принципе попытаться подобраться к стене вплотную конечно же можно было с помощью кавалерийского наскока. Но ведь с первого раза такое может и не получиться. А если визиготы не дай бог что-то заподозрят после очередной попытки, то они могут наконец заметить свисающий со стены фитиль и сорвать его. И тогда изначальный план окажется полностью проваленным, а осада крепости тем самым примет слишком уж затяжной характер. Поэтому вместо этого Карл решил наверное впервые в истории воспользоваться тайным подкопом. Кстати, для прокладки подземного хода с такой точностью определённо потребовался бы среди прочего ещё и компас.

Правда для проведения земляных работ требовалось определённое время, в течение которого требовалось чем-то отвлечь внимание осаждённых госпитальеров, чтобы они вдруг не заподозрили какой-то подвох. И для этого был задуман довольно-таки остроумный трюк. Просто, как нам это уже и так хорошо известно, парижане достаточно давно поднаторели в организации зрелищных театральных представлений, и этим просто грех было бы не воспользоваться в данном случае. Поэтому плисскому оракулу Изоту осталось лишь дать дальнейшие указания на ближайшую неделю, ибо предстоящее театральное представление рассчитывалось именно на такой довольно-таки затяжной срок.

Я уже говорил ранее, что две каменных скрижали с записанными на них заповедями Испора были в конце концов восстановлены. Однако я до сих пор не сказал, что для их хранения тогда был специально изготовлен некий так называемый ковчег или по-современному наверное – сундук – со специальными ручками, сделанными для облегчения переноски этой тары вместе со священным грузом. Так вот этот самый ковчег завета на несколько сотен лет вперёд и стал фактически самой главной святыней тогдашнего архаичного христианства. Именно его якобы чудодейственные свойства и решил продемонстрировать Карл в этой ситуации.

Итак вообразите себе кавалькаду из семи священников, громогласно трубящих в какие-то юбилейные трубы, следом за которыми четыре дьякона, взявшись за специальные рукояти, торжественно несут ковчег завета или по-другому – откровения. Правда в таком виде кавалькаду было отпускать опасно, ибо госпитальеры в принципе способны сделать конную вылазку из города. Поэтому для подстраховки возглавлялась эта кавалькада конным отрядом гранатомётчиков. И вот в таком составе эта кавалькада торжественно обошла город и вернулась в свой стан перед изумлёнными и недоумевающими взглядами визиготов, которые наверное решили тогда, что славцы там совсем уже спятили. И аналогичное громогласное театральное шоу повторилось в следующие пять дней, пока вырываемый подземный ход наконец не достиг крепостной стены в требуемом месте.

На этот день наметилось небольшое изменение в сценарии. Если в первые шесть дней всем славским воинам было строжайше запрещено издавать слишком уж громкие крики во время торжественного шествия, то на седьмой день Изотом было всем приказано ждать его специального знака, по которому все дружно должны были возопить так, чтобы это было слышно в осаждённом городе. Для этого случая даже заранее были приготовлены специальные трубы. Но на самом деле мы должны тут догадываться, что Изот в этой ситуации сам в свою очередь дожидался какого-то условного знака от дядьки Карла. Однако кавалькада уже обогнула город один раз, а от Карла так и не поступило сигнала. Так что пришлось повторить это зрелищное шоу для госпитальеров повторно ещё и ещё раз, но всё оставалось без изменений. Впрочем Карл определённо хотел дождаться наступления темноты, которая в зимнее время наступает гораздо раньше, чтобы под этим покровом кто-то смог незаметно подкрасться к заветному фитилю. И плискский оракул естественно был предупреждён об этой особенности заранее, чтобы он ни дай бог не впал в панику, ибо это было бы в сложившейся ситуации равносильно полному краху.

Благодаря этому кавалькада обходила город уже в седьмой раз, когда наконец от Карла поступил ожидаемый знак. Изот тут же незамедлительно среагировал на это и в результате из славского стана громогласно затрубили многочисленные трубы, под аккомпанемент которых изо всех сил возопило всё остальное славское воинство. Вот под такое приблизительно звуковое сопровождение фитиль наконец догорел, и произошёл ожидаемый взрыв, разрушивший изрядный участок оборонительной стены. Правда вынужден напомнить, что об ожидаемом взрыве были осведомлены лишь самые что ни на есть избранные. А для всех остальных, составлявших тогда подавляющее большинство, включая сюда, кстати говоря, и визиготов, это всё смотрелось как самое настоящее божественное чудо. Ну или как некоторое колдовство, если хотите.

И пока ошеломлённые византийцы не успели прийти в себя от пережитого потрясения как в прямом, так и в переносном смысле этого слова, орущее славянское объединённое воинство ворвалось через образовавшийся в стене пролом в осаждённый город, в результате чего начался самый настоящий погром. И в данной резне не щадили буквально никого – ни женщин, ни стариков, ни детей и даже, представьте только себе, истребление почему-то коснулось тогда даже домашних животных. Короче говоря, город был полностью разграблен и затем полностью разрушен, однако Изот здесь строжайше настоял, чтобы все награбленные драгоценности пошли на службу богам (т.е. фактически – ему самому). Так что изрядно продрогшие за многие дни ожидания воины в этой ситуации даже не разжились толком византийскими трофеями.

Однако Карл в этой ситуации всё равно не стал скаредничать с Лидией и её семьёй, которых в этой резне пощадили. Хотя формальный повод для этого, как мы знаем, у него имелся. Никто из её многочисленной семьи так и не пострадал, а сама Лидия была по-царски щедро вознаграждена какой-то частью сокровищ бывших госпитальеров. Обратите внимание, фитиль благодаря неповиновению Лидии открыто провисел на крепостной стене достаточно долгий промежуток времени и в принципе мог быть там в любой момент замечен визиготами. Однако они его так и не заметили, за что и были насмешливо прозваны тогда слепцами.

Тем не менее Карл не мог в этой ситуации поголовно истребить всё население города, как об этом свидетельствуют некоторые источники, поскольку ему по-прежнему требовалась византийская сталь, раз уж её нельзя было тогда получить в качестве некоторого альтернативного источника из Крыма. Однако судье Атанариху на этот раз не удалось снова выжить благодаря своим тайным знаниям в области металлургии, и его тоже постигла неминуемая судьба его подсудимых. Тем не менее Карл с Изотом оставили в живых по меньшей мере одного госпитальера по прозвищу Визант, которому тоже была известна вся технология сталеварения. Ну, а вместо бывших готских ремесленников, в распоряжение Византу, который благоразумно согласился сотрудничать с Карлом, был сразу же предоставлен другой отряд славских монахов, из которых от оставшихся в живых визиготов требовалось сделать самых настоящих кузнецов и сталеваров.

Развалины близ Подгорицы
«Святой праведный Иисус Навин»
Монастырь Св. Луки

Карл конечно же посредством очередного пророчества Изота тогда категорически запретил какое-либо строительство на руинах старого города. Поэтому Изоту тогда осталось, эдак небрежно взмахнув рукой в западном направлении, несколько иронично напророчить строительство нового города на противоположном берегу Босфора: дескать строй вон там – как раз «напротив слепых». И Визант, даже не осознавая во всей полноте потаённый смысл слов юного оракула, вскоре был вынужден основать новый город, причём теперь уже на европейском западном берегу Босфора. Ну, а в тогдашнем вендском языке сразу же должно было появиться название Новгород применительно к этому новострою. Однако Изота тут тоже не забыли, как одного из основателей, и между прочим это его имя до сих пор достаточно отчётливо слышится в звучании топонима Истамбул. А это между прочим в разных, но при этом очень сходных разночтениях – международное и при том общеупотребительное, в отличие например от современного русского, название современного Стамбула. Просто некоторые известные мне современные исследователи твёрдо убеждены, что данное название по своей сути этимологически обозначает Изот-Амбал, где Амбал – это по мнению некоторых исследователей одно из относительно редких прозвищ Геракла. Впрочем все старые уже и так хорошо известные нам из предыдущих материалов названия – например Визант, Византий, Виза и конечно же Царьград – ещё долго после всего этого использовались людьми применительно к этому Новгороду.

Судя по некоторым имеющимся фактам, Карл с Ингой на этот раз всерьёз вознамерились вероятно с учётом предыдущего горького опыта навсегда сделать подконтрольным производство стали, и этот новый город, как вскоре увидим, наверное по этой самой причине с самого своего начала прочился в качестве будущего места постоянной резиденции Изота. Ну и как следствие этого, он получил ещё одно дополнительное своё название – Рим, которое иногда уточнялось эпитетом «Второй», хотя чаще всего этот эпитет вообще опускался. Ну и все названия Рима автоматически тоже переметнулись на Стамбул. В частности это касается и названия Констанца. Ну, а Карл тогда, как один из основателей этого города, получил своё новое прозвище – Константин. Между прочим именно под этим прозвищем с некоторыми возможными незначительными разночтениями он упоминается во многих свидетельствах своих современников.


Однако в ходе проведения земляных работ ещё во время осады города кого-то из воевод Карла, если вообще не его самого, вдруг неожиданно осенило идеей, что для того, чтобы заминировать крепостную стену, вовсе было необязательно засылать в город диверсантов. Ведь гораздо надёжнее попросту вырыть подкоп под любое оборонительное сооружение, причём, обратите внимание, осаждённые практически ничем не смогут помешать этому даже, если вдруг обнаружат, что под них подкапываютя. И посредством этого вырытого подземного хода можно легко доставить в требуемое место столько мешков пороха, сколько только потребует прочность оборонительных сооружений. Так что считайте, что это принципиально новое и, как показала дальнейшая боевая практика, весьма эффективное изменение в тактике штурма крепости.

Поэтому в дальнейшем штурм крепости, какой бы прочной она не была, больше не вызывал у Карла сколько-нибудь ощутимых проблем. Правда кто-то впоследствии всё-таки догадался обносить оборонительные крепостные стены водяным рвом, который очень даже затруднял создание подземного подкопа. Но это произошло уже в отдалённом будущем, когда как Карла, так и Изоты уже давно не было в живых. Поэтому, согласитесь, дальнейший ход событий становится более-менее предсказуемым.

§ 3. Сицилия и Сардиния

Многочисленные острова Средиземноморья, среди которых много достаточно крупных образований суши, ещё буквально с самых доисторических времён были заселены людьми. Просто если Австралия, удалённая на несколько тысяч километров от евразийского материка, оказалась заселённой на момент её открытия, то со Средиземноморьем, согласитесь, всё обстоит гораздо проще. Однако все эти островитяне вели там настолько первобытный образ жизни, что практически не оставили никаких археологических следов после себя. Такие следы начинают появляться лишь после появления на островах материковых колонистов.

Ну допустим Сицилию отделяет от материкового побережья один лишь узкий пролив, и достичь этого острова всегда было сравнительно просто. Однако об острове Сардиния, расположенном где-то в центре Адриатического моря, уже этого не скажешь столь уверенно. И уж тем более остров Крит с его минойской культурой, расположенный чуть ли не в самой середине Средиземного моря. Всё это я клоню к тому, что для успешной колонизации этих удалённых от материка островов определённо требовалось от мореходов умение ориентироваться на поверхности воды. И такую возможность в то время мог дать лишь магнитный компас, который был определённо известен грекам. Просто извините уж, но я ни чуточки не верю во все эти некомпетентные канонические сказки про ориентирование там по звёздам и солнцу – слишком уж зависима такая методика от капризов погоды. Но почему же я тогда приписываю это именно грекам, а не кому-то другому? Так вот сейчас я попробую это объяснить.

Просто мне стало известно одно очень архаичное вендское название острова Сицилия – Калита. Кстати говоря, именно от него как раз в таком его звучании, правда через одну мутацию – Киликия, образовано современное название этого острова. Между прочим всегда были и другие разночтения, но дело сейчас отнюдь не в этом. Просто не находите ли, что это вендское название какое-то слишком уж «кельтское» – Калита-Галич? Впрочем практически то же самое касается и топонима Крит – сравните его по звучанию с топонимом Калита. Ну, допустим Сицилия и Крит, – возможно скажете Вы, – а при чём же тут вышеупомянутая мною Сардиния? Так вот административным центром этого островного государства в древности был город Каралис (ныне по-итальянски Кальяри). Опять та же самая пара близких по звучанию слов Галич-Каралис, свидетельствующая о былой греческой (но никак при этом не эллинской) колонизации этих островов. Между прочим, согласно каноническим данным, впервые остров Сардиния был колонизирован финикийцами – то есть фактически, как мы знаем, венедами, каковыми и были в этническом отношении тогдашние греки. Так что всё в принципе неплохо сходится.

И какая же историческая картина проясняется после того, как венды появились в южной части Балканского полуострова, приведённые туда Исайей и Славом? Так вот всё это время они, как оказывается, колонизировали не только обширнейшие материковые земли, но и островные. И там в Средиземноморье благодаря этому успел образоваться за это непродолжительное время целый ряд островных государств, в общем-то не зависимых от Славской империи или от чего-то там ещё. А уже там на островах исконно вендские названия понемногу трансформировались благодаря специфике туземной фонетики. Просто этот небольшой экскурс в акваторию Средиземного моря мне понадобилось сейчас сделать, чтобы продолжить изложение биографии Изота и Карла.


Дело в том, что на данный момент на исторической сцене просматривается некий военный конфликт между Сицилией и Сардинией. При этом сардинийцам каким-то образом удалось наладить некий контрабандный канал, через который они заполучили от одного из наиболее наверное алчных воевод Карла и Изота довольно-таки значительную партию пороховых гранат. И в такой ситуации у сицилийцев, согласитесь, не оставалось ни малейшего шанса на успех, чего они в принципе и так прекрасно осознавали и очевидно поэтому попросились под патронаж материковой империи. Их конечно же приняли, хоть для этого и потребовалось крещение аварских туземцев с соблюдением всех известных нам обрядов. Но для полного завершения процесса присоединения Сицилии от Карла требовалось ещё предпринять какие-то дополнительные меры для усмирения Сардинии.

Так вот как-то уж слишком трудно поверить в то, что Карл тогда не знал о том, что сардинийцы получили в своё распоряжение пороховые гранаты. Похоже, что вместо этого он просто легкомысленно недооценил возможности будущего противника. И в результате этого упущения сравнительно малочисленная греческая флотилия, брошенная к берегам Сардинии, была наголову разбита в морском заливе близ Каралиса. И казалось бы на первый взгляд, ничего непоправимого в этом нет. Однако на самом деле это нанесло серьёзнейший удар по репутации юного плисского оракула Изота. Поэтому в самую первую очередь тогда пришлось принимать самые срочные меры по реабилитации.

Конечно же последовавшее расследование легко установило имя этого контрабандиста. Им оказался один из греческих князей с предположительным прозвищем Иван, которое в свою очередь может свидетельствовать о занимаемом им посте. Но как же всё это можно объяснить неосведомлённым обывателям, не рассекречивая пороховое оружие, чтобы каким-то образом снова обелить доброе имя колдуна Изота?

Поэтому этому высокопоставленному контрабандисту тогда было предъявлено лишь обвинение в том, что он якобы посягнул на трофейные заклятые богам сокровища госпитальеров, и этим дескать разгневал небеса, заставив обиженных богов отвернуться от славцев. Ему даже подбросили для большей убедительности «одну прекрасную Сеннаарскую одежду и двести сиклей серебра и слиток золота весом в пятьдесят сиклей», чтобы сначала уличить при свидетелях, а потом отобрать всё это обратно. Под пытками конечно же легко удалось выбить принародное признание в несовершённом преступлении, после чего контрабандист – похоже вместе со своей семьёй – были принародно со всей возможной помпезностью казнены посредством всего лишь одной пороховой гранаты. Ну, а небеса в свою очередь тем самым актом возмездия снова были умилостивлены. Таким образом дело вроде бы удалось с грехом пополам замять, но впредь уже Карлу с учётом полученного урока приходилось поступать более взвешенно и обдуманно, пока Изот наконец не достигнет своего совершеннолетия.


Поэтому следующая боевая операция по захвату сардинского Каралиса планировалась уже в полной мере обдуманно. И как только славский флот приблизился к берегам Сардинии, то самым первым делом незаметно для острвитян на западный берег острова был высажен конный десант. А тем временем другая флотилия как ни в чём не бывало направилась в бухту по направлению к городу Каралису. Карл заранее отдал приказ не то что отступать, а буквально бежать, как только флотилия Каралиса примет морской бой. А с учётом недавнего морского поражения карвунского флота, островитяне даже не особо удивились, снова увидев отступление карвунцев в сторону Греции, и со всей возможной стремительностью ринулись в погоню.

На то и был основной расчёт Карла, что защитники города должны в подавляющем большинстве своём оставить город. Но легкомыслие островитян превзошло все возможные ожидания, ибо высаженные карвунские десантники, приблизившись к городу, были вообще ошарашены, обнаружив городские ворота буквально распахнутыми настежь. Так что оставалось лишь дело техники, чтобы со всей стремительностью ворваться в покинутый защитниками город и начать там самый беспощадный погром. Преследователи, увлечённые азартом погони, не сразу конечно же заметили густой дым пожарища, исходящий от только-что покинутого ими Каралиса. Но, когда это было наконец обнаружено, то всё диаметрально поменялось местами – бывшие преследователи превратились в беглецов и наоборот.

И в итоге Карлу с Изотом осталось подвергнуть традиционному обряду крещения ещё и сардинских туземцев сразу же после того, как все островные греки были истреблены поголовно. Обратите ещё внимание, что это уже повторный случай тотального геноцида.

§ 4. Славянское иго

Название Киев изначально обозначало не столько один отдельно взятый город, как например сегодня – после вмешательства романовских фальсификаторов, – сколько довольно-таки обширную историческую область. Киевские авары с самой глубокой древности населяли территорию будущей Московии, Белоруссии и северной Украины чуть выше днепровских порогов – вплоть до побережья Прибалтики. Правда город с названием Киев там тоже издревле существовал. Так вот эти киевские авары, точно также, как и их западные соседи с берегов Вислы, уже известные нам с недавних пор, тоже изначально категорически отвергали любую письменность со всеми вытекающими отсюда последствиями. Впрочем, насколько мне это известно, это вроде бы касалось практически всех без исключения европейских аваров. При этом киевляне, как и многие другие древние аварские народы, по каким-то пока непонятным мне причинам также отказывались строить любые каменные или хотя бы уж кирпичные капитальные строения. И вместо этого все без исключения киевские постройки традиционно срубливались ими из брёвен.

Кстати говоря, у киевлян существовало ещё одно национальное самоназвание, точное звучание которого в киевском языке в древности мне неизвестно из-за отсутствия национальных письменных источников. Тем не менее его всё равно можно озвучить с учётом хотя бы современной и потому известной нам терминологии где-то как как Пошехонь или Пошехонье. И само собой разумеется, что этот термин имел огромное множество национальных и диалектных разночтений; в частности венды называли пошехонцев печенегами (арх. печенѣзи), тогда как в тогдашней калмыцкой фонетике этот этноним известен как баджанаки. Ну и, если хотите, то приплюсуйте сюда в список иноязычных разночтений ещё такие топонимы как Печера, Печора или Печоры, чтобы понять хотя бы, откуда на самом деле происходит современное название Киево-Печерской лавры.

Правда следует наверное прислушаться к некоторым каноническим источникам, которые называют печенегов группой родственных (или даже идентичных) по языку, но в общем-то независимых народов. В этом случае получается, что топоним «Пошехонье» географически должен быть несколько шире, чем Киев.

И представьте себе, – на этих буквально бескрайних киевских просторах, заросших самыми дремучими и непроходимыми лесами, тогда располагалось всего четыре более или менее крупных города: Киев, Китай-Город (на территории современной Москвы), предположительно Брест и некий Курт-Германский (Курск?). Ну и осталось добавить для полноты картины, что столицей этого аварского государства был тогда естественно город Киев, располагавшийся на месте нынешней Киево-Печерской лавры – во всяком случае именно оттуда совсем недавно прибыла к Изоту в греческий Сетин делегация аварских жрецов. Причём по некой специфике названий этих городов можно более-менее уверенно заключить, что по меньшей мере два этих города из четырёх были некогда основаны готами при неизвестных нам обстоятельствах.

С Куртом-Германским тут вроде бы и так всё предельно ясно. Однако такое название как Китай-Город тоже недвусмысленно свидетельствует о некой причастности готов к его основанию. Только обратите внимание, что ни Москвы, ни Московского кремля тогда ещё не было и в помине. К этой теме мы конечно же ещё вернёмся, когда дойдёт хронологический черёд до великого переселения народов. Но уже прямо сейчас уже можно уверенно утверждать, что Китай-Город – это и было некогда самое древнее сооружение на территории современной Москвы. Именно от него как от центра, а не от кремля, собственно говоря, Москва впоследствии расстраивалась, в чём можно легко убедиться по карте центральной части города. Просто московские улицы радиально расходятся именно от Китай-Города, хотя, признаться, он и так был расположен в самой непосредственной близости от современного кремля.

Я недавно уже сообщал о «почерке» романовских фальсификаторов истории, стремившихся при намеренном искажении смысла и звучания слова сохранять хотя бы отдалённое созвучие с оригиналом. Так вот с Брестом, похоже, всё произошло аналогичным образом, и он под пером романовского цензора на бумаге превратился в некую мифическую Белорусь.

И ещё некоторые наверное сразу же заметили, что топоним Киев почему-то оказался слишком уж созвучным со словацкими Хивами. И тут приходится признать, что подобные случайные совпадения в принципе тоже вполне вероятны, и их поэтому нельзя исключать из рассмотрения как невозможные. Так или иначе, но эта столь откровенная близость топонимов впоследствии была подмечена и лукавыми романовскими фальсификаторами, что и дало им возможность незаслуженно присвоить себе весьма существенную часть совершенно чужой истории после того, как вендские архивы были уничтожены иезуитскими инквизиторами. Впрочем, как увидим в своё время, отнюдь не одни только романовы занимались тогда недобропорядочным воровством чужой славы из прошлого.


Римские хроники времён консулата обычно достаточно путаны и потому больше похожи на легенды. Тем не менее мы всё равно знаем оттуда, что временные консулы тогда назначались сенатом всего на один год. И в качестве первого такого консула называется имя Луция Юния Брута, по инициативе которого, кстати говоря, Тесть был недавно отправлен со своей миротворческой миссией. А этого консула в свою очередь через год сменил некий Луций Тарквиний Коллатин (Людвиг Тервингский Херсонский), из имени которого мы хотя бы видим, что римляне по-прежнему отдавали предпочтение тервингам.

Пока происходили все вышеописанные события в северном Средиземноморье, в Плиске распоряжался сатрап Карла, который нам сегодня известен в основном под двумя своими прозвищами – Парижанин и Ахеменид – с самым богатым списком разночтений. Но я всё-таки предлагаю использовать второе – эллинское – прозвище, поскольку оно на мой взгляд более избирательно. Строго говоря, сегодня считается, что это прозвище использовалось лишь в качестве родового имени, происходящего от имени основателя этого рода, которое на аланском языке озвучивалось как «Хахаманиш». Но как отсюда видно, родовое имя почти неотличимо от имени основателя, что даёт нам право использовать любое из них.

Тем более, что оба разночтения отнюдь не сарматские, тогда как готский оригинал должен был звучать как-то иначе. «Но почему именно готский?» – вдруг спросите Вы. «А потому, – отвечу я, – что этот самый Ахеменид приходился каким-то близким или далёким родственником Карлу». Так вот я по-прежнему не знаю, как в точности звучало это прозвище по-готски, но как-то слишком уж оно откровенно напоминает по своему звучанию готское слово «Hunds», обозначавшее собой собаку. Так или иначе, но это имя и в самом деле очень даже вероятно имело какое-то отношение к «собачьему» прошлому всех сарматских династий. Кроме того сам Карл тоже происходил из того же самого рода.

Так вот этому Ахемениду было тогда поручено каким-нибудь образом разобраться с республиканским Римом. В результате французская армия высадилась у Рима и начала готовиться к предстоящей осаде. Но римские сенаторы предпочли уладить этот конфликт мирными дипломатическими мерами, ради чего римскому консулу пришлось совершить некий морской вояж в Грецию, чтобы встретиться там Карлом и присягнуть Изоту на верность. И этим в принципе конфликт был улажен, а осада Рима вслед за этим была немедленно снята.

Но, чтобы черноморские поданные не сидели без дела, Карл повелел Ахемениду организовать новый крестовый поход к киевским аварам, в чём по предыдущему соглашению обязаны были участвовать и римляне, чтобы доказать тем самым свою лояльность. Киевские жрецы наверняка кое-что слышали об убийственном оружии греков, а также об их чрезвычайной жестокости по отношению к побеждённым. Поэтому пока велась подготовка к этому крестовому походу, аварские жрецы большинством голосов сошлись на мнении от греха наверное подальше добровольно присоединиться к воинственной Славии, причём на любых условиях. Тут уж, согласитесь, не до жиру – быть бы живу. И в результате Карл с Изотом вскоре приняли у себя прибывшую к ним киевскую делегацию, после чего обе стороны заключили определённое двустороннее соглашение.

Однако курировать Киев во всех отношениях в дальнейшем было поручено Монголии – ведь она всегда располагалась буквально по-соседству, откуда достигнуть Киев можно было лишь немного поднявшись по Днепру на север – буквально чуть ли не сразу же за его порогами. В данном случае я конечно же имею в виду в качестве таких кураторов именно тиусских (т.е. одесских) вендов. Или, говоря другими словами: Киев тем самым оказался фактически присоединённым к Украине. И с этого исторического момента стартовала самая первая волна вендской ассимиляции киевских печенегов.

Кстати говоря, основной причиной этой ассимиляции послужил состоявшийся незадолго до этого вселенский собор, утвердивший лишь три языка, пригодных для богослужения: вендский = греческий, латинский и готский. Напомню на всякий случай, что венды, колонизировавшие незадолго до этого южную часть Балканского полуострова, говорили именно на своём родном – вендском – языке, из-за чего так называемый греческий язык тогда представлял собой по своей сути именно вендский, но категорически – не эллинский. Ну и естественно, что присланные сюда монголы предпочли для богослужений и для общения между собой свой родной язык – опять же вендский.

Строго говоря, такое решение вселенского собора нельзя назвать дискриминацией в полном смысле этого слова, поскольку почти все остальные народы по тем или иным причинам не обзавелись тогда ещё своей собственной письменностью, что и препятствовало им каким-то надёжным образом и вполне недвусмысленно зафиксировать на своём родном языке некоторые уже существовавшие тогда священные писания. Так что в этом отношении обделёнными и дискриминированными тогда оказались чуть ли не одни лишь египтяне, уже давно располагавшие своей собственной и весьма развитой письменностью; но все подробности об этом чуть позже.


Как бы мы это всё не расценивали в субъективном порядке, однако с приходом в эти края монголов, тут на Киевщине начали понемногу всё больше и больше плодиться каменные и кирпичные сооружения и даже целые города. Впрочем, то же самое касается и распространения вендской письменности. Кстати говоря, если бы Пётр I в своё время не уничтожил все древние – например киевские и московские, – документальные архивы, то мы сегодня гораздо больше знали бы о киевских аварах; в частности там определённо содержались некие сведения о принадлежности киевлян к какой-то определённой этнической группе.

Поэтому сейчас на этот счёт можно лишь выдвигать различные предположения. Но тем не менее методом исключения можно всё-таки с достаточно высокой степенью вероятности выставить догадку, что древние киевляне должны были говорить на каком-то уже неизвестном нам сегодня языке балтийской группы сродни например современному литовскому или латышскому языкам. В принципе не моя вина, что из-за недостаточной информированности я конечно же могу ошибаться в этом. Но просто по тем или иным причинам ни одна другая известная сегодня языковая группа не подходит в данном случае в качестве приемлемой кандидатуры.

Можно конечно же допустить в качестве некоторой в общем-то допустимой альтернативы, что это была некогда какая-то совершенно независимая языковая семья. Правда в этом случае получается, что все печенеги поголовно впоследствии оказались ассимилированными, что мне лично кажется слишком уж маловероятным для столь распространённой группы народов.

Между прочим мало кто кроме специалистов знает, что из всех языков так называемой балтийской группы до наших дней дожили лишь литовский и латышский. Тем не менее на территории современной европейской Пруссии в некоторых памятниках старины засвидельствоано существование по меньшей мере ещё одного языка этой группы, который сегодня ошибочно называют прусским. Само собой разумеется, что этот язык был впоследствии ассимилирован и вытеснен современным немецким. Кроме того – в основном по некоторой местной специфике в топонимике и ономастике – специалистами предполагается существование в древности в северной части современной центральной Европы ещё по меньшей мере пяти языков этой же самой группы: куршский, ятвяжский (или судавский или судинский), галиндский (или голядский), земгальский и селонский.

Тем не менее, если географически объединить все территории, расположенные между известными нам «островками» распространения этих родственных языков (т.е. земли между Прибалтикой и например Пруссией), то вся территория современной Польши тоже автоматически включается в эту зону. Впрочем, тут в принципе даже не о чем спорить, поскольку специалисты выделяют территорию современной Польши как часть ареала распространения так называемого ятвяжского языка. Ну, а из всего этого мы в конце концов можем довольно-таки уверенно сделать заключение об исконной этнической принадлежности аникейцев – или ляхов – до того, как там прокатилась волна вендской ассимиляции. Ну, а все необходимые обстоятельства этого – в основном вендского – завоевания на берегах Вислы мы рассмотрим совсем уже скоро.

Уж так, как видите, получилось, что все завоевательные крестовые походы средневековья попросту миновали территории современной Прибалтики – вероятно по причине отсутствия там городов как основных объектов завоевания – благодаря чему мы сегодня можем иметь иметь хоть некоторое представление о древних печенегских языках. Впрочем, как увидим позже, почти то же самое касается и современной Словакии применительно конечно же к вендскому языку – видимо горными и слаборазвитыми районами Венедии пришлые с востока завоеватели тогда попросту пренебрегли, не до того дескать было.


Тем не менее если снова вернуться к прерванной теме, то довольно-таки серьёзной проблемой в Киеве, похоже, оказалась стандартная славская так называемая десятина, которой было обложено местное население. Вероятно киевляне до этого просто не привыкли платить фиксированный или нормированный налог своим аварским жрецам, которые наверняка довольствовались тем, что им предлагалось «по совести». Дескать смотри уж сам, но обделяя бога, гневишь его и тем самым обделяешь себя. Поэтому каждый изначально платил столько, сколько мог, но это определённо было намного меньше стандартной славской десятины. И ещё догадываюсь, что далеко не все киевские парни рвались на военную службу в славянскую армию. И в конце концов, далеко не все мужчины – практически любого возраста – тогда были в полнейшем восторге от некоторой известной нам непременной специфики предстоящего обряда крещения.

Поэтому вскоре начала проявляться некая массовая тенденция, когда в основном крестьяне, которым в общем-то особо нечего было терять из своего более чем скудного недвижимого имущества, буквально целыми хуторами или сёлами вдруг срывались со своих насиженных мест и эммигрировали например за пределы Киева или куда-нибудь в дремучие леса, где их попробуй потом найти в их бревенчатых скитах, чтобы обложить данью. И самое главное тут, что придраться в данном случае было не к чему, ибо в этом не наблюдалось никакого нарушения закона. Просто в предыдущей договорённости между Славией и Киевом такая возможность вообще не предусматривалась. Тем не менее монгольские наместники всё равно не могли допустить такого, чтобы всё киевское население вдруг взяло и разбежалось куда попало.

Тем не менее эта устная договорённость всё равно предусматривала введение чрезвычайных мер Славией например в том случае, если вдруг выяснится, что киевские жрецы дескать в чём-то обманули Изота. А бывшие аварские священники, надо отдать им должное, как назло, в общем-то вели себя вполне честно и безукоризненно добросовестно выполнили все свои обязательства. И по этой причине смехотворное на мой взгляд обвинение в их адрес было буквально высосано из пальца:

Иисус призвал их и сказал: для чего вы обманули нас, сказав: «мы весьма далеко от вас», тогда как вы живёте близ нас? За это прокляты вы! Без конца вы будете рабами, будете рубить дрова и черпать воду для [меня и для] дома Бога моего!

Книга Иисуса Навина. 9

Сами наверное видите, тут всё буквально так же, как в общеизвестной крыловской басне: «Ты виноват лишь в том, что хочется мне кушать». Ведь понятно, думается, что Греция, где тогда располагался Изот, и в самом деле далековато расположена от Киева, чего конечно же не скажешь о соседней Монголии.

Романовские цензоры XVIII века, сочиняя свою собственную версию отечественной истории, почему-то вообще упустили момент зарождения крепостничества. В результате современные историки обычно недоумённо пожимают плечами, когда их спрашивают об этом: дескать в древности крепостничества определённо не было, а потом оно невесть откуда появилось уже где-то на рубеже XIV и XV веков – скорее всего от монголов, хотя это вроде бы и не факт. И, как наверняка видите теперь, всё это и в самом деле можно назвать монгольским или в частности украинским игом, если конечно термин «Украина» воспринимать не в современном и более расширенном территориально смысле этого слова, а в его изначальном значении. Правда с ещё большим успехом тут можно было бы обвинить в порабощении и Грецию, откуда это право было официально утверждено. Впрочем можете ещё сделать соответствующие выводы из того факта, что Изот был по своему происхождению французом. Так что не всё тут оказывается так просто и однозначно. Однако, если все эти соображения в совокупности объединить, то это иго наверное правильнее всего было бы назвать славянским по своей сути, раз уж оно в конечном счёте исходило от Славской империи.

И ещё обязательно требуется добавить тут для полноты картины, что такое оригинальное и никем невиданное доселе законодательное нововведение несовершеннолетнего Изота в Киеве просто не могло не вызвать на местах всенародных крестьянских волнений и бунтов, хотя некоторые известные мне источники по понятным причинам предпочитают об этом умолчать.

§ 5. Арианская коалиция

Итак при уже известных нам обстоятельствах намечавшийся франко-румынский крестовый поход в Киев обломился несмотря на то, что соответствующие дружины для этого были собраны обоими сторонами. Причём французская сторона тогда определённо располагала кое-какими запасами пороховых гранат, причитавшимися им для разных целей. А ведь Киев представлял собой весьма могущественное государство, и многие тогда только и мечтали, чтобы как-то заручиться такой поддержкой. А тут ещё и народные волнения в Киеве, и просто грех было бы не воспользоваться такой заманчивой ситуацией.

Киево-Печерская лавра
Киево-Печерская лавра

И в итоге в обстановке самой что ни на есть строжайшей секретности как-бы автоматически сформировалась некая причерноморская коалиция, которую некоторые источники не совсем точно называют арианской. Просто в эту коалицию вошли практически все страны Причерноморья – как арианские, так и христианские – за вычетом разве что одной Греции. Да, представьте себе, даже тщеславного сатрапа Ахеменида тогда тоже удалось склонить на свою сторону скорее всего тем, что ему было предложено лично возглавить всё это совместное воинство. Причём всё это было сделано настолько быстро и секретно, что Карл с Изотом узнали об этом уже после того, как этот объединённый альянс осадил Киев. Правда монголы к тому моменту времени уже успели погасить основные очаги народных волнений, что дало им возможность на какое-то время надёжно укрыться за стенами так называемой Киево-Печерской (т.е. печенежской или пошехонской) лавры и тем самым задержать черноморский альянс вплоть до прихода помощи из Греции. Причём монголы скорее всего уже успели обнести этот монастырь каменными оборонительными стенами взамен старых бревенчатых – во всяком случае времени на это у них было предостаточно.

Не знаю даже, осознавал ли тогда Ахеменид, что в этом положении он попросту совершенно тупо обрезал себе все пути возможного отступления вниз по течению Днепра. Во всяком случае его психика определённо не выдержала, как только он узнал о приближении греческого флота. И в итоге вся причерноморская флотилия в панике устремилась вверх против течения Днепра к заветному волоку, откуда можно было вырваться на балтийские просторы. Время от времени греки, устремившиеся в погоню, догоняли арьергард флотилии и уничтожали его взрывами гранат. Однако это давало возможность остальным судам временно оторваться от преследования. И так повторялось несколько раз, пока две флотилии огибали Европу с западной стороны. Однако, оказавшись в конце концов в Средиземном море, беглецы снова оказались в ловушке, ибо впереди их встречала Греция, со стороны которой любезного приёма не ожидалось. Кстати, соглвсно некоторым свидетельствам, Карл с Изотом тогда лично возглавляли греческую флотилию преследователей.

Шансов у Ахеменида обогнуть побережье Греции не было ни малейших, и он это, похоже, очень даже хорошо осознавал. Правда, достигнув наконец северо-восточных берегов Адриатического моря, можно было ещё попытаться пробиться к западной части Румынии, но уже по суше, бросив недобитые остатки флотилии на произвол судьбы. Однако сухопутная дорога пролегала по территории Македонии, которая тогда во первых была обширнее современной, включая в себя в частности и всю современную Черногорию, и даже имела прямой выход в Адриатическое море. А во вторых Македония входила в состав Греции в качестве некой административно-территориальной единицы. Тем не менее всё равно оставался некий шанс с боями и наверное с грехом пополам как-нибудь пробиться до границ спасительной Румынии.

Развалины близ Подгорицы
Развалины близ Подгорицы

Столица современной Черногории называется Подгорицей и очень похоже, что в рассматриваемое нами время она именовалась в точности так же. Правда этот город расположен не прямо на берегу Адриатического моря, от берегов которого его так или иначе отделяют по прямой порядка двадцати километров. Тем не менее выход в море всё равно имелся через довольно-таки крупное Скандарское озеро, которое в свою очередь соединено с морем судоходными протоками. А в Скандарское озеро в северной его части впадает несколько горных рек, по одной из которых тогда можно было вплавь если и не достичь непосредственно Румынии, то хотя бы очень даже близко к ней приблизиться. Правда флотилия тут помочь уже ничем не могла, ибо эта горная речка для этих целей была слишком уж мелководна.

И Ахеменид решил тогда воспользоваться хотя бы этой возможностью, для чего взял с собой всех своих воевод и с несколькими судами вышел в Скандарское озеро. А остальной части флотилии было поручено охранять вход протоку, чтобы хоть немного задержать преследование. Однако обречённые на верную смерть капитаны, лишившись своего командования, похоже, даже не стали дожидаться прихода греков и буквально сорвались в южном направлении сразу же, как только представилась такая возможность.

Поэтому, когда греческая флотилия достигла этого места, перед Карлом сразу же встал вопрос: кого преследовать? И он аналогичным образом решил разделить свои военно-морские силы на две части, для чего вглубь материка был послан сравнительно немногочисленный отряд преследования, возглавляемый между прочим Изотом, тогда как остальная и основная часть флотилии продолжила преследование причерноморского флота под командованием Карла. Однако Ахеменид к этому моменту времени уже успел скорее всего с помощью имевшихся у него пороховых гранат довольно-таки быстро захватить практически безоружную Подгорицкую крепость и укрепиться там вместе со своими ратниками. Поэтому предстоящая осада обещала принять несколько затяжной характер с учётом особенностей вооружения некоторых воинов Ахеменида. Изот тогда, наверняка предупреждённый и предостережённый Карлом, не рискнул самостоятельно возглавить осаду крепости и вместо этого распорядился лишь завалить камнями вход в устье горной речки и охранять это устье с высоты горных склонов вплоть до возвращения Карла.

Преследование черноморской флотилии продолжалось по прежней схеме – когда удавалось нагнать арьергард, эти суда топились и так далее. Тем не менее нескольким судам от бывшей флотилии всё равно повезло достичь безопасных мест надо полагать на малоазийском побережье тогдашней Франции, где ещё имелись некоторые запасы пороха. Так что дальнейшее преследование становилось уже более опасным, и Карл решил временно ограничиться достигнутым и вернуться в Македонию к Изоту, чтобы как-то завершить эту часть боевой операции.

По некоторым имеющимся сведениям можно сделать такой вывод, что штурмовать Подгорицу тогда даже ни пришлось, и осаждённые сами добровольно отворили городские ворота, как только подошёл греческий флот. Но, как оказалось, тщетно они рассчитывали на какую-нибудь пощаду.

Когда вывели царей сих к Иисусу, Иисус призвал всех Израильтян и сказал вождям воинов, ходившим с ним: подойдите, наступите ногами вашими на выи царей сих. Они подошли и наступили ногами своими на выи их. Иисус сказал им: не бойтесь и не ужасайтесь, будьте тверды и мужественны; ибо так поступит Господь со всеми врагами вашими, с которыми будете воевать. Потом поразил их Иисус и убил их и повесил их на пяти деревах; и висели они на деревах до вечера.

Книга Иисуса Навина. 10

При этом был попутно за компанию казнён не только безымянный македонский барон, который недавно распорядился впустить за стены крепости Ахеменида, но и всё остальное население крепости поголовно. Как видите, до сих пор ничего принципиально нового в карательной политике не наблюдается. Причём, если вспомните, Карл раньше не был столь кровожадным. Так что либо это всё деяния несовершеннолетнего отрока, либо Карл со временем очень сильно почерствел душой.

Это поражение черноморского альянса и бесчеловечные расправы с безоружным населением настолько шокировали и запугали весь тогдашний мир, что он после этого пребывал буквально в состоянии самой настоящей паники, будучи уже не в состоянии оказать сколько-нибудь серьёзное сопротивление. Поэтому дальнейшее триумфальное шествие можно скорее назвать самой настоящей расправой, где прежняя карательная тактика не претерпела ни малейших изменений. В связи с этим я приведу дальше лишь полный хронологический список дальнейших побед, которые фактически совершались уже по известному нам стандартному шаблону и, как увидите, практически без каких-нибудь индивидуальных особенностей:

Франция:
И пошёл Изот и все славяне с ним из Македонии к Лиону [Анталья? - Авт.] и воевал против Лиона; и предали боги и его в руки Славии, и взяли и властелина его, и истребил его Изот и всё дышащее, что находилось в нём: никого не оставил в нём, кто бы уцелел и избежал, и поступил с властелином его так же, как поступил с властелином Царьградским.
Румыния и часть северо-западного Причерноморья:
Из Лиона пошёл Изот и все славяне с ним к Литве и расположился подле неё станом и воевал против неё; и предали боги Литву в руки Славии, и взял он её на другой день, и поразил её и всё дышащее, что было в ней, и истребил её так, как поступил с Лионом. Тогда пришёл на помощь Литве Эрман, властелин Германский; но Изот поразил его и народ его так, что никого у него не оставил, кто бы уцелел и избежал.
Черкесия или Северный Кавказ:
И пошёл Изот и все славяне с ним из Литвы к Англии и расположились подле неё станом и воевали против неё; и предали её боги в руки Славии, и взяли её в тот же день и поразили её, и всё дышащее, что находилось в ней в тот день, предал он заклятию, как поступил с Литвой.
Закавказье:
И пошёл Изот и все славяне с ним из Англии к Еревану и воевали против него; и взяли его и поразили его мечом, и властелина его, и все города его, и всё дышащее, что находилось в нём; никого не оставил, кто уцелел бы, как поступил он и с Англией: предал заклятию её и все дышащее, что находилось в ней.
Крым:
Потом обратился Изот и вся Славия с ним к Таврии и воевал против неё; и взял её и властелина её и все города её, и поразили их, и предали заклятию всё дышащее, что находилось в ней: никого не осталось, кто уцелел бы; как поступил с Ереваном и властелином его, так поступил с Таврией и властелином её, и как поступил с Лионом и властелином его.

Таким образом, как это видно, с прежним причерноморским альянсом с тех пор было уже окончательно покончено. Однако мы должны понимать, что полный стопроцентный геноцид, как это описывается в некоторых источниках, тогда был всё равно невозможен. Вместо этого истреблялась в самую первую очередь знать и возможно даже какая-то часть городского населения. Ну сами посудите, не будут же скитаться многочисленные карательные отряды в поисках затерявшихся в где-то там болотах или дремучих лесах хуторов и деревень. Ведь так и всей человеческой жизни не хватит на такую тотальную расчистку, а самое главное – в этом нет и никогда не было ни малейшего смысла, ибо глухая провинция никогда не делала погоду в государстве. Совсем другое дело, если бы Карл вдруг вознамерился колонизировать эти покорённые земли, но такого, как это известно из имеющихся источников, не случилось.

И тут обратите внимание, что Изоту всё-таки удалось дотянуть руки и до обоих своих керченских кузенов, которые нам известны под именами Борис и Глеб. Однако сохранились кое-какие свидетельства, что Инга тогда не допустила расправы и взяла обоих прямо к себе под свою личную опёку и покровительство. Тем не менее, зная хоть немного каноническую историю, нетрудно догадаться, чем всё это в конце концов закончилось, когда мальчики повзрослели. Таким образом, вопреки всем тщетным стараниям Инги, родовая ветвь законного наследника царя Слава всё равно оказалась обречённой.

Кстати говоря, возможно некоторые уже обратили внимание на столь откровенное созвучие имени «Борис» (известно кроме того и калмыцкое разночтение – Барыс) с топонимом «Парис» (т.е. Париж или Персия). Вероятнее всего, это имя свидетельствует всего лишь о месте рождения первенца Эрмана – ещё в Невском высокогорном олимпийском царском замке Испора.

Ну, а прозвище младшего сына «маркиза» Эрмана – «Глеб» – в свою очередь имеет ещё одно известное мне разночтение – «Карп», об этимологии которого можно догадаться уже при озвучивании другого разночтения этого имени. В частности из некоторых источников известен ещё целый список каких-то диалектных готских этимологически родственных вариантов – Кйолт, Кольт, Кьолдунг и т.п. Обратите внимание на откровенно «кельтское» звучание всех этих разночтений, что в данном случае естественно приписать топониму «Керчь», где по всей видимости как раз и родился младший сын Эрманариха.

Само собой разумеется, что с позиции готов Глеб обладал наследственным титулом аса, из-за чего его весьма часто так и называли как «ас Кольт». Ну, а где «Аскольд», там же в самой непосредственной близости по всей логике должен быть Дир со всеми возможными разночтениями. Впрочем даже в этом разночтении легко узнаётся «Турок» или «Франк», что вполне эквивалентно, как нам это известно, прозвищу «Перс» или в данном случае – «Борис».


И в завершении этой темы – сохранилась одна довольно-таки одиозная, но тем не менее весьма любопытная на мой личный взгляд легенда, подтверждённая к тому же сразу несколькими свидетельствами, согласно которой Карл сразу же после столь долгожданного захвата Керчи распорядился изготовить себе кубок для питья вина ... из черепа Эрманариха. Впрочем, по некоторым моим соображениям, этим конечно же дикарским по своей сути поступком он всего лишь сдержал одну свою угрозу, однажды брошенную им в сердцах ещё при жизни Эрманариха. Просто в те годы благородный рыцарь был обязан отвечать за свои слова, при каких бы условиях они бы не прозвучали. Так что Инга с Изотом были вынуждены тогда попустительствовать этому поступку.

§ 6. Сарматия

Возможно, что Карл и остановился бы на достигнутом, но донские россы и остроготы в сложившейся ситуации оказались полностью ущемлёнными, поскольку выход в Азовское море со всеми вытекающими отсюда последствиями оказался для них теперь полностью перекрытым. Похоже, они так и не поверили полностью доходившим до них слухам об убийственном оружии славцев, и в результате, получается, сами напросились. Инициатива, как это известно, исходила из донской Рязани. Правда своих собственных ресурсов у россов было маловато, и они в связи с этим обратились за поддержкой к своим весьма могущественным восточным соседям.

Между прочим остроготы всё это время вовсе не сидели на месте, сложа руки, и вместо этого сумели подчинить себе и обложить попутно данью практически все уральские самодийские и тюрко-язычные народы. Начнём тут пожалуй с уральских самодиев, которые сегодня нам больше известны в простонародной интерпретации как самоеды. Просто обратите внимание, что современное звучание этого этнонима до сих пор как бы помнит о древних сарматах. Возможно, что у финно-угорских самодиев даже не было изначально своего собственного самоназвания, раз уж они тоже стали называть себя сарматами, конечно же адаптировав этот чужеязычный этноним под свою собственную фонетику.

Башкирия тогда кстати тоже в конце концов оказалась в некой вассальной зависимости от располагавшихся у неё по соседству казанских норманнов. И раз уж зашла речь о Башкирии, то я, пользуясь случаем, обязан озвучить ещё одно её древнее название – Калмыкия, которое тогда в средние века, насколько это мне известно, пользовалось гораздо большей популярностью как у остроготов, так например и у вендов. Уточню тут на всякий случай, что я только-что озвучил именно вендское разночтение этого топонима, тогда как в готском языке оно конечно же должно было слегка разниться в звучании.

Я уже недавно и так сообщал, что территория современной Средней Азии тогда входила в зону интересов Астрахани. Так вот мне теперь осталось добавить к этому, что эти земли уже достаточно давно были колонизированы Восточным Рейхом, а соответственное государственное образование именовалось тогда как Самарканд (т.е. Сарматское ханство или Сарматский каганат). Естественно – это далеко не вендское название. А вот в вендской фонетике этот же самый топоним впоследствии озвучился уже как Смоленск, хотя, допускаю, что в чуть более архаичном разночтении он мог так или иначе отличаться по своему звучанию. И обратите ещё своё внимание, что этот самый Смоленск в своей самой южной части непосредственно граничил с тогдашней Францией, которая в свою очередь по-прежнему входила в состав Славской империи. Так что, согласитесь, и в самом деле весьма беспокойное соседство досталось Карлу буквально под самым его боком.

Ну теперь, полагаю, мы уже имеем некоторое представление о чрезвычайном могуществе остроготов, усиленных к тому же ещё и донскими россами.

И выступили они и всё ополчение их с ними, многочисленный народ, который множеством равнялся песку на берегу морском; и коней и колесниц было весьма много.

Книга Иисуса Навина. 11

Так вот, всё это многочисленное воинство всё равно почему-то всё равно не решилось вторгаться в славские владения и вместо этого, бросив дерзкий вызов, расположилось ожидаючи станом на каспийском побережье как раз в том месте, где проходила граница между Смоленском и Псковом (напомню на всякий случай, ибо эти сведения нам ещё понадобятся, что это одно из старых названий Франции или Персии). Кстати, Каспийское море тогда по крайней мере на вендский манер именовалось Мурманским (т.е. норманнским) озером. Ну и Карлу в этой ситуации не оставалось ничего иного, как принять брошенный вызов.

Итог тем не менее, думается, легко предсказуем, ибо излишнее количество «пушечного» мяса всё-таки далеко не всегда пропорционально боевым качествам. Однако эта война всё равно отняла достаточно много лет, за которые Изот уже успел достичь своего совершеннолетия. Слишком уж много городов приходилось тогда брать штурмом, и ни один из них, согласно «Книге Иисуса Навина», не сдавался без боя, ибо из предыдущего опыта всем было и так достаточно хорошо известно, что добровольно сдавшимся всё равно не будет никакой пощады. Кроме того напомню, что некоторая хиругическая специфика тогдашнего обряда крещения вызывала у людей самое враждебное неприятие. Так что можно сказать, что это была война за веру. И Карлу за эти долгие годы пришлось пройти маршем с юга на север через весь Смоленск, откуда он двинулся вверх по Волге, начиная с Астрахани, где приходилось штурмовать каждый встретившийся город «страны городов», как, напомню, тогда время от времени именовалось Поволжье.

Кстати говоря, некоторых волжских асов тогда иногда называли волхвами – естественно от названия соответственной реки. Просто архаичное готское слово «хов», как это сегодня известно, некогда обозначало храм. Таким образом «волгхов» – это скорее всего волжский храмовник по-готски. Так вот на этот счёт сохранилась ещё одна – многократно подтверждённая разными независимыми источниками – легенда, согласно которой однажды группа таких вот волхвов перед своей казнью как-то слишком уж туманно и неопределённо напророчила Карлу смерть от какого-то коня.

Правда некоторые источники рассматривают это не столько как пророчество, а скорее как угрозу и даже откровенное проклятье. Ведь остроготы к этому моменту по-прежнему оставались самыми убеждёнными солнцепоклонниками, которые поклонялись в конечном счёте Яриле, как бы не звучало это вендское имя на их готский манер. И это насильственное крещение естественно отнюдь не приветствовалось в этих краях. Поэтому те солнцепоклониики, которым тем или иным способом удалось выжить в этой чудовищной «мясорубке», ожидали, что Мудрый царь в конце концов каким-нибудь чудесным образом восстанет из своей могилы вместе со своим легендарным конём и самым достойным образом отомстит главному виновнику за грубое осквернение священных храмов и реликвий.

А найти спасение тогда можно было например у уральских самодийцев и калмыков. Просто в этих краях тогда ещё не существовало крупных городов, и тем самым там попросту нечего было покорять. Нет, конечно же можно было возвести там свои собственные города и тем самым крестить и эти земли. Но данный крестовый поход слишком уж затянулся по времени, и Карл предпочёл оставить эти патриархальные народы в покое. Таким образом некоторые островки солнцепоклонников всё равно оставались, но это было как бы простонародное верование – без величественных храмов и прочей аналогичной атрибутики. Кстати, слово «народ» в архаичном вендском языке звучало как «язык», откуда и появился термин «язычество».

Ну, а вскоре вслед за этим, как это нетрудно наверное догадаться, последовал переход через хорошо известный Карлу в бытность свою волок с Волги на Дон, закончившийся на этот раз полным разгромом россов. Ну, а Рязань при этом была полностью сожжена.


И на этом бы дело, казалось бы, и закончилось, но на фоне всех этих событий снова взбунтовались оставшиеся в живых тервинги, а также весь Кавказ – как Северный, так и Закавказье. Так что потребовалось Карлу усмирять эти регионы теперь уже повторно. Просто фактически это оказался самый продолжительный крестовый поход в жизни Карла, которому, как тогда уже начинало казаться, и конца никогда не будет. Тем не менее случилось так, что на этом последние очаги сопротивления были подавлены, и наконец наступил столь долгожданный мир. И в результате этого насильно окрещённым тогда оказался весь без исключения просвещённый мир, а вместе с ним изрядная часть пока ещё непросвещённого, где письменность пока ещё не была освоена. А очаги аварского религиозного культа после этого оставались лишь в северо-западной части Европы, включая сюда весь Скандинавский полуостров, а также все островные государства.

И ещё осталось напомнить, что готы называли христиан на свой манер грейтунгами. Так вот Карл оставлял в каждом из покорённых городов своего собственного доверенного наместника или сатрапа, которого местные сарматы обычно называли грейтунгом. Но с течением времени, когда исконный смысл этого слова начал понемногу забываться, и в итоге оно стало по сути самым настоящим титулом. При этом со временем его произношение, несколько упростилось и стало звучать уже как граф.

Ну, а в тех особых случаях, когда вдруг требовалось каким-то образом титуловать исключительно важных и знатных персон, сразу же пригодился в качестве префикса недавно-образованный в конечном счёте от прозвища Мал титул «марк», который в совокупности с грейтунгом образовал слово «маркграф». Как это известно, в современном немецком языке это слово (нем. Markgraf) практически полностью тождественно по смыслу с французским титулом «маркиз» (фр. Marquis). Но в изначальном своём готском значении, как видим, существовал определённый смысловой оттенок, указывающий на вполне конкретное вероисповедание, благодаря чему это слово, впрочем как и слово «граф», правильнее было бы использовать в качестве духовного сана.


Между прочим в этом контексте впервые упоминается Азов, который наряду с двумя другими городами этого региона так и не примкнул к восставшим, и потому их миновало истребление. Тут нетрудно даже догадаться, что два других города – это те древние готские города к сожалению с уже неизвестными нам сегодня названиями, которые в XIX веке были переименованы романовыми в Екатеринодар и Ставрополь. Однако это первое упоминание вовсе не свидетельствует о том, что эти города не существовали и раньше – например в эпоху завоеваний царя Слава.

Кстати, некоторые современные скандинавские учёные на Западе, включая сюда и всемирно известного норвежского исследователя Тура Хейердала, считают, что в архаичном готском языке название Азова звучало как «Асхоф», что означает по смыслу «храм асов». Впрочем существует также мнение, что Азов тогда же имел и второе готское название – Асгард (т.е. город асов). И очень похоже, что впоследствии турки как раз и переозвучили именно этот последний топоним, который в тюркской фонетике адаптировался уже как Азак.

Ну и совсем уже свежие сведения: изначально Азов располагался километров где-то на восемь-десять ниже по течению Дона по отношению к современному Азову, который по стечению определённых обстоятельств оказался в этом новом месте уже в середине XVIII века.

Современная спутниковая карта, совмещённая с одним средневековым планом Азова.
Современная спутниковая карта, совмещённая с одним средневековым планом Азова.

Между прочим сохранились кое-какие туманные свидетельства на этот счёт персидского историка Ибн-Руста, который цитировал «Книгу путей и стран» арабского эрудита Ибн-Хордадбеха:

Что касается росов, то живут они на острове, окружённом озером. Окружность этого острова, на котором живут они, равняется трём дням пути. Покрыт он лесами и болотами, нездоров и сыр до того, что стоит наступить ногой на землю, и она трясётся по причине обилия в ней воды.

Так вот – эта местность и в самом деле вплоть до наших дней весьма заболоченная, несмотря на то, что защитные дамбы, построенные россами до сих пор в основном сохранились. Но зато какой-угодно подкоп под оборонительные стены в таких условиях становится совершенно невозможным.

И если кого-то вдруг тут смущает упоминание о каком-то острове, то северо-западная часть Азовской крепости – так называемый городской жилой посад – и в самом деле располагалась на таковом, образованным многочисленными рукавами дельты Дона. И по внешнему периметру размер этого острова, испещрённого многочисленными мелководными ериками и протоками, составляет что-то порядка 150-200 км.

§ 7. Ягайло и Ядвига

Очередным славским царём естественно стал бывший плискский оракул Изот Невский, достигнув своего совершеннолетия в ратных походах. Однако я ещё не сообщал, что в вендском языке готское прозвище Карл адаптировалось как Карел или Король и впоследствии, как это нетрудно догадаться, стало именем нарицательным для обозначения титула, который своим рангом располагался чуть ниже царя. Повзрослевшему Изоту тогда, похоже, уже успели изрядно поднадоеть непрерывные крестовые походы его юности. Поэтому он попросту уединился в своём высокогорном родовом Невском замке в окрестностях Плиски, где и проводил преспокойную и размеренную жизнь в основном, надо полагать, в богослужениях, отнюдь не спеша при этом выполнять повеления своих богов касательно полного искоренения аварского культа. Видимо он решил тогда, что с него лично хватит и достигнутого, а вместо этого стал призывать своих баронов на новые крестовые походы. Между прочим постоянное пребывание Изота в Плиске равнозначно тому, что этот город тогда носил ещё и имя-титул Ярославль.

И вот тут Карл, который в эти годы уже успел достичь более или менее пожилого возраста, снова вспомнил о давнишнем обещании, данном ему много лет назад юным тогда ещё Испором в Казани, когда Карл доставил туда фальшивую отзывную грамоту. Изот конечно же был отнюдь не в восторге от такой затеи, поскольку чувствовал себя в большей безопасности лишь рядом с дядькой Карлом. Но разве откажешь дядьке, столько сделавшему для тебя и для твоей семьи? И поистине царской щедрости Изота не было границ, ибо он согласился для этого далёкого крестового похода передать Карлу половину всего греческого войска, что на вендском языке тогда звучало как «войско польское» (т.е. как бы ополовиненное). Впрочем ещё одним этимологическим отражением ополовиненного войска стал возникший тогда же термин «полк», равноправно применимый как к «войску польскому» Карла, так и к остаткам вооружённых сил, оставшихся у Изота.

Динар короля Ягайло.
Динар короля Ягайло.

Между прочим на берегах Вислы издревле существовало целая тройка независимых аварских государств, так или иначе препятствующих проходу к Курту-Болгарскому. И об этих далёких временах до сих пор неплохо «помнят» некоторые польские топонимы, сохранившие древние туземные названия: например Жешув, Ольштын и конечно же Варшава. Однако, если вспомните, то у болгарского аса Курта в своё время колонизация берегов Вислы не вызвала сколько-нибудь ощутимых проблем. А что тут можно было бы ожидать от войска польского, оснащённого к тому же пороховым оружием? Конечно же бревенчатый город Курт-Болгарский, как и три вышеперечисленных, был легко взят Карлом, а местные аникеи при этом окрещены по всем правилам тогдашнего обряда. У меня есть некоторые основания полагать, что несмотря ни на что Карл с большим почтением и уважением относился к болгарскому асу Курту. Однако это всё равно не могло воспрепятствовать переименованию города на Висле в честь себя самого. Правда имя Карл прижилось в речи аникеев как Ягайло с некоторыми не очень уж существенными разночтениями, и город сначала получил именно такое название. Греческие венды, которых Карл привёл с собой, конечно же должны были озвучивать это название как-то по-своему. Однако с течением времени, когда чуть активнее покатилась волна вендской ассимиляции аникеев, появился некий как бы компромиссный вариант этого названия, который в принципе дожил и до наших дней – это конечно же Краков.

Ну, а население этой страны ещё долго по старой памяти именовали аникеями, но конечно же появилось тогда и другое название в нескольких известных мне разноязычных разночтениях – поляки, поляне и половцы. Так что, если раньше Карл был королём без королевства, то теперь всё наконец встало на свои места. Правда надо уточнить, что это его королевство располагалось в самой что ни на есть глухомани – буквально на самом краю света, отрезанное от всего цивилизованного мира огромными расстояниями. Строго говоря, современная Польша непосредственно граничит на юге с Чехией и Словакией, которые тогда несомненно тоже представляли собой цивилизованный мир. Однако сухопутную дорогу тут преграждают Карпаты, а это тогда был самый непреодолимый барьер, когда обустроенных дорог ещё не было, и поэтому практически все сколько-нибудь дальние путешествия осуществлялись исключительно водным путём. Так что эту территориальную близость можно даже не брать в расчёт.


В самую первую очередь Карл конечно же срочно укрепил все польские города, заменив все бывшие бревенчатые сооружения где кирпичными, а где и каменными. И, убедившись наконец, что его королевство теперь в относительной безопасности, решил совершить поездку в Славию в частности и для пополнения слегка поредевших запасов пороха. И там выяснилось, что Изот тем временем занимался распределением покорённых ранее территорий между своими многочисленными ветеранами. Территорий конечно же было покорено некогда немало, но конкурирующих ветеранов оказалось тем не менее ещё больше, что заставляло при выборе очередного кандидата прибегать к жребию. Конечно же конкуренция немного накаляла обстановку, но Изот уже и так довольно-таки крепко держался на своих собственных ногах, и его авторитета уже вполне хватало, чтобы полностью контролировать обстановку. Так что в поддержке дядьки Карла он в принципе больше особо не нуждался.

Поэтому Карл с чистой совестью направился к слегка престарелой уже Инге в Иваны, где наконец и предложил ей официально узаконить их давнишние отношения буквально вдали от людской суеты и накала страстей. Понятно, что мечтал он об этом большую часть своей жизни, но так уж сложилась у них обоих судьба, что такая возможность реально представилась лишь на склоне лет. Причём царь Изот, насколько это мне известно, никаких возражений на этот счёт не имел и, согласно своему духовному сану, по всем правилам тогдашнего обряда бракосочетания благословил свою бабушку и дядьку как молодожёнов. И Карл, вернувшись в Краков со своей женой Ингой, закатил невиданное по тем временам свадебное пиршество с пиротехникой и салютами, молва о котором прогремела потом буквально по всему миру.

И пока ещё я не сообщил на этот счёт, что местные аникеи или ляхи озвучили имя Инги на свой лад как Ядвига, хотя приблизительно тогда же должны были появиться и некоторые другие иноязычные разночтения – например Анна, Эльжбета и даже Софья Гольшан (т.е.English – английская). Забавно на мой взгляд, но современные историки все эти столь близкие по звучанию имена ошибочно сопоставляют совершенно разным женщинам, тем самым незаслуженно превратив короля Ягайло на бумаге, которая, как это известно, стерпит всё, что угодно, в эдакого женолюбца, менявшего своих жён буквально как перчатки.

И ещё для полноты картины обязан напомнить, что Инга по сути до этого являлась царицей греческих вендов, что конечно же было хорошо известно тогдашним местным ляхам. И это породило ещё одно – так сказать «вендское» – прозвище Инги – Ванда.

Кстати, подозреваю, что некоторых уже насторожило своим звучанием имя Эльжбета. Просто сразу же возникает некоторая ассоциация с английской (а фактически, как видим – аникейской) королевой-девственницей Елизаветой I. Между прочим там в её фальсифицированной биографии среди имён её женихов упоминается некий Карл якобы сам Габсбург, да и царь Слав тоже фигурирует там же под именем Ивана якобы Грозного. Так что мизерная доля правды, как видите, всё равно осталась, но в целом это «житие» – самый откровенный и бессовестный фальсификат. Впрочем в эпоху инквизиции иезуитские монахи насочиняли множество подобных литературных фантазий в том числе на тему непорочных девственниц. И одна лишь сказка про орлеанскую деву Жанну многого стоит. Так что не вижу особого смысла слишком уж долго задерживаться на этой совершенно бесперспективной детали. Главное, чтобы все имели хотя бы приблизительное представление, откуда иезуиты черпали тогда своё литературное вдохновение?


На месте современного города Запорожье тогда располагалась сравнительно небольшая колония тервингов, которая называлась тогда как Курт-Запорожский. Между прочим туземный этнос этого региона именовался казаками, хотя известны и некоторые разночтения: например казахи, койсоги и казанкины. Строго говоря, последний этноним по специфике звучания с равным успехом можно было бы отнести ещё и к болгарским казанцам. Так что напрашивается вполне обоснованное предположение, что запорожцы издревле были каким-то неизвестным нам образом связаны с Волгой. И в принципе тут нет ничего невероятного – ведь аналогичный пример болгарского влияния на берегах Вислы нам уже известен. Так или иначе, но к рассматриваемому нами моменту времени эта былая гипотетическая связь уже со всей определённостью была утрачена, и инициативу вместо этого перехватили соседние тервинги.

Между прочим сохранились некоторые свидетельства, причисляющие казаков к категории печенегов, что на мой взгляд смотрится достаточно правдоподобно с учётом самой непосредственной географической близости Запорожья к Киеву.

В принципе запорожские приезжие тервинги и местные казаки не были способны воспрепятствовать проходу по Днепру целой боевой флотилии, и поэтому о них до сих пор мало кто вспоминал. Однако в мирное время несколько участились пиратские нападения на проплывавшие мимо купеческие суда, что конечно же крайне затрудняло связь Польши с Карвунскими землями. Поэтому Карл решил окончательно покончить с этой готской днепровской колонией, доставлявшей ему столько неприятностей. И взялся за это дело один из племянников Карла с эдаким весьма характерным готским прозвищем – Гетман или Готман, который, выгнав тервингов из города, возглавил местных казаков. Так что с этих пор активно стартовал процесс вендской ассимиляции казаков, а водный путь до Польши при этом стал уже в достаточной мере безопасным. Ну, а название бывшего готского города при этом немного упростилось и звучит практически в неизменном виде вплоть до наших дней.


Как я уже говорил, в эти годы Инга, и особенно Карл, были уже определённо в летах. Тем не менее Инга, надолго пережившая своего сына, всё равно сумела зачать от Карла ребёнка, который, если бы вдруг успешно родился, оказался бы намного младше её уже совершеннолетнего внука. Однако сохранилось по меньшей мере одно свидетельство, согласно которому она вскоре умерла во время неудачных родов. Признаю, в такое конечно же довольно-таки трудно поверить из-за её предположительно пожилого возраста. Но нельзя однако отметать тот факт, что она ведь в своё время вышла замуж за Слава по всем существующим меркам довольно-таки рано – по некоторым сведениям как бы не в четырнадцатилетнем возрасте. Так что, как знать?

Польша. Краков. Курган Ванды.
Польша. Краков. Курган Ванды.

Сравнительно невысокий курган Ванды (польск. Kopiec Wandy) – высотой порядка четырнадцати метров и диаметром основания что-то около пятидесяти метров – уже давно располагается прямо на территории современного Кракова. Но ведь на самой заре своей древней истории этот город очевидно простирался ещё не столь широко, как к примеру сегодня.

Просто, согласно некоторым сохранившимся вопреки всему свидетельствам, изначально этот курган располагался рядом с монастырём с очень выразительным и буквально говорящим за себя названием – Могила. Правда впоследствии – уже в романовскую и австро-венгерскую эпоху Польши – этот монастырь конечно же был переименован, но тем не менее к тому моменту времени было уже несколько поздновато это делать, ибо никуда уже не денешься от получивших самую широкую огласку сведений.

Между прочим буквально аж до самого XIX века возле кургана святой Ванды в день Пятидесятницы – т.е. на 50-й день после Пасхи – поляками традиционно разводились праздничные костры.

И ещё мне удалось выяснить, что целенаправленные археологические раскопки в этом кургане до сих пор так почему-то и не проводились. Во всяком случает это касается оцициальных раскопок, а не грабежа древних захоронений. По этой причине мы до сих пор чётко не знаем структуру этого кургана и основные принципы его возведения.

Просто, как увидим дальше, очень даже высока вероятность того, что изначально он представлял собой самую настоящую пирамиду, возведённую когда-то из камня. Ну, а нынешний слой грунта поверх него в этом случае, выходит, нанесён ветром за прошедшие пять веков, если не больше. Как бы там ни оказалось на самом деле, но со временем, убеждён, этот вопрос всё равно так или иначе прояснится.


Как видим, так уж сложилась жизнь у Карла, что после него не осталось прямых наследников. Поэтому, раз уж тут только что зашла речь о племяннике Гетмане, то сообщу, что именно ему впоследствии предстоит занять освободившийся польский трон. Кроме того это прозвище Гетман, как оказалось на деле, породило впоследствии в течение жизни нескольких поколений людей множество хорошо известных всем разночтений. Поэтому приведу цепочку последовательных иноязычных мутаций этого прозвища: итак Гетман, Атаман или Оттоман (или просто Оттон и Отто), Осман, Сулейман и наконец Соломон. И кроме того мне известна ещё одна некая вендская вероятнее всего диалектная адаптация, несомненно образованная от прозвища Готман – Годун; ну и отсюда, думается почему-то, нетрудно будет догадаться, от кого вёл своё происхождение род годуновых, чтобы впоследствии не возвращаться к этой теме снова.


Кому как ни Карлу, вынужденно проведшему в Казани столько долгих лет, было не знать о болгарских колониях на побережьи Балтийского моря? А это всё-таки – довольно беспокойное соседство даже с учётом того, что Казань им была совсем недавно покорена. Просто, насколько мне известно, на севере современной Европы тогда существовало ещё одно достаточно крупное аварское государство, включавшее в себя по меньшей мере восточную часть Скандинавского полуострова, где сегодня располагается Финляндия, Прибалтику, а также современную Карелию. Правда изрядная часть современного населения обрисованных мною только-что территорий сегодня говорит на различных финнских языках. Однако, как увидим в своё хронологическое время, так было далеко не всегда. Вместо этого все местные коренные жители этого региона испокон веков говорили на одном из древних и ныне конечно же уже давно не существующем языке балтийской группы предположительно так же, как и древние киевляне, располагавшиеся по-соседству. Причём, если касательно этих киевлян у меня до сих пор остаются некие несущественные сомнения на этот счёт, то в данном случае уверенность практически стопроцентная.

Напомню, что авары с берегов Вислы изначально даже не имели своего собственного самоназвания, и наверное по этой причине стали именовать себя мемфисцами. Так вот, что-то подобное наблюдается и для скандинавско-прибалтийских аваров; во всяком случае из всех скудных и малочисленных имеющихся первоисточников я до сих пор так и не почерпнул сколько-то удовлетворительную информацию на этот счёт. Как мы должны догадываться, в окружении Карла всегда было много донских англов, которые много лет назад переметнулись на сторону монголов например в составе свиты Инги. Так вот в этой готской диалектной интерпретации я могу озвучить данный топоним – Эстляндия (англ. East-land – восточная земля). Только вот эта самая Эстляндия всегда располагалась восточнее Польши, что неоспоримо свидетельствует о том, что такое название в принципе не могло появиться раньше основания Польши. Правда не исключено, что разгадка кроется в современном названии кольских и скандинавских саамов – лопари. В этом случае Лапландия – это ещё более древнее, но опять же снова готское название этой страны.

Но, как бы там ни называлась Лапландия на архаичный вендский манер, но там с самых давних пор успешно существовало множество готских колоний, которые после падения Сарматии обрели ещё к тому же и независимость. А уж такое беспокойное соседство Карла не устраивало ни в каких отношениях со всеми вытекающими отсюда последствиями. Так что дальнейший ход событий, думается, уже стал вполне предсказуем. Но, сами посудите, может ли это оказаться проблемой для человека, совсем недавно покорившего всю Великую Сарматию? И в конце концов вся Лапландия в целом получила тогда ещё одно своё название в честь Карла – Курляндия или Карелия, последнее из которых, обратите внимание, живо и до сих пор применительно к некоторой части бывшей Лапландии. Строго говоря, весь Кольский полуостров, равно как и тамошняя основная река Кола, тоже в своём современном звучании вплоть до наших дней неплохо «помнят» имя Карла, в одном из его довольно-таки легко узнаваемых разночтений.

Со всей определённостью можно утверждать, что сарматы уже давно занесли в эти северные края свою руническую письменность, раз уж финские эпические сказания до сих пор называются рунами. Просто в противном случае до наших дней не смогли бы сохраниться эпические сказания, посвящённые Карлу, имя которого, кстати говоря, озвучилось в лапландской туземной фонетике на этот раз уже как Калев. Правда впоследствии, когда много лет спустя в ходе великого переселения народов начался процесс ассимиляции лопарей самодийцами, присланными сюда с завоевательной целью аж с Урала, эти сказания были переведены уже на финские языки, и в таком переработанном виде они и сохранились до наших дней. В частности Калеву посвящён карельский поэтический эпос «Калевала», а его мнимому сыну Гетману – эстонский героический эпос «Калевипоэг».

Между прочим в эстонской «Калевале» вполне узнаваемы уже известные нам исторические события, которые обрисовываются там в весьма характерной эпической форме. В частности царь Слав там выставлен в качестве отчётливо отрицательного и престарелого к тому же персонажа под именем Вяйнямёйнен (т.е. Вениамин или Венедин), из чего сам собой напрашивается естественный вывод, что эти исторические сведения лопари получили от сарматов. А имя Инги в свою очередь озвучено там как Айно. Присутствует там также и образ Эрманариха под именем Лемминкяйнена и конечно же Испора – Ильмаринен. Тут, кстати говоря, отчётливо просматривается вмешательство романовской цензуры, исказившей имя практически до неузнаваемости по меньшей мере сразу в двух местах, а для большей надёжности предводителя крестоносцев на бумаге превратили в какого-то совершенно безродного кузнеца.

Просто все эти эпические сказания компилировались уже в первой половине XIX века на базе отдельных якобы народных песен, многократно передаваемых дескать наизусть (!) из одного поколения в другое. В данном случае наблюдается практически та же самая по сути своей типичная эстафета, неотличимая например от «Илиады» Гомера, будто бы поочерёдно передаваемой различными поколениями народных сказителей из уст в уста буквально на протяжении двух тысячелетий! Хотелось бы в этой связи увидеть хоть одного современного эстонца, который бы безошибочно помнил наизусть хоть одну из этих древних эпических песен! А из-за этой как бы фрагментарности, кстати говоря, время от времени «хромает» хронологическая последовательность событий всего эпоса в целом в самую первую очередь из-за того, что далеко не все песни там выстроены в правильном хронологическом порядке относительно друг друга. Кроме того некоторые эпизоды имеют очевидные повторы. Ну и нельзя конечно же забывать, что вся эта компиляция разносортных материалов проводилась Элиасом Лённротом под самым строгим контролем романовской цензуры. Так что тут можно ни на миг не сомневаться, что это именно он перевёл и адаптировал на эстонский язык древние лапландские свитки так, чтобы это безоговорочно устроило строгих царских цензоров. Ну и вскоре вслед за этим все исходные материалы были конечно же безвозвратно уничтожены, как это всегда делалось романовыми в подобных случаях. Тем не менее это всё в свою очередь говорит ещё и о том, что в начале XIX века этот древний лапландский язык был ещё известен науке.


В годы крестовых походов время от времени, понятно, происходили несчастные случаи, когда например пороховая граната по каким-то определённым причинам взрывалась, допустим, раньше положенного времени, в результате чего нечаянными жертвами становились совсем не те. И казалось бы, кому тут можно предъявить иск? Однако напомню, что этот вид оружия тогда всеми людьми воспринимался как некое волшебство или например магия. Другими словами: гранаты тогда считались как бы заговорёнными или заклятыми, а без всего этого они дескать всё равно не будут адекватно функционировать. Поэтому такой иск впоследствии стали предъявлять некоторым ветеранам производства пороха – монахам Иванского монастыря: дескать вы там что-то не по всем правилам наколдовали, чем и разгневали богов на небесах, а незаслуженно пострадали при этом совершенно невинные люди. Причём один греческий барон, выдвигавший тогда такие претензии монахам, был, похоже, настолько могущественен, что Изот даже стал всерьёз беспокоиться за судьбу этого монастыря в целом. Поэтому он и вознамерился ради предотвращения кровной мести хотя бы уж временно рассредоточить всех пожилых Иванских монахов куда-нибудь от греха наверное подальше под покровительство других могущественных баронов.

И первым таким кандидатом был конечно же краковский дядька Карл, которому тогда предписывалось хотя бы временно приютить одного такого монаха, тогда как остальные пять ответчиков по приказу Изота направились в какие-то другие более или менее отдалённые города, способные обеспечить им полную безопасность. Однако, забегая вперёд, сообщу, что это временное рассредоточение потом на деле почему-то оказалось постоянным. И в результате этого по тем или иным увы неизвестным мне причинам всё равно заработал лишь один дополнительный пороховой завод где-то в окрестностях Кракова. Таким образом с этих пор на земле одновременно стали функционировать уже целых два пороховых завода, один из которых естественно вошёл в подчинение сначала Карлу, а потом по-очереди всем его преемникам на польский трон.


Смерть свою – от укуса змеи – Карл нашёл во время возвращения из своего очередного победоносного крестового похода. К сожалению из имеющихся скудных источников невозможно достоверно установить направление последнего удара Карла. Но это, согласитесь, уже не столь принципиально для нашего случая.

Любопытно тут на мой взгляд то, что проклятие волхвов в конечном счёте не сбылось, ибо змея имеет слишком уж мало общих черт например с конём и тем более – с его всадником. Поэтому, чтобы сохранить остатки былой репутации, оставшиеся солнцепоклонники начали сочинять всякие небылицы в своих попытках связать его смерть с конём или могилой.

Благодаря творчеству А.С. Пушкина, легенда о князе Олеге, почерпнутая им из «Новгородской первой летописи», и так, полагаю, достаточно хорошо известна по крайней мере отечественному читателю, что наверное полностью избавляет меня от необходимости её цитировать или пересказывать своими словами.

Но, оказывается, кое-какие сведения о смерти от коня и змеи содержатся по меньшей мере ещё в двух источниках. Например одна готская сага описывает в общем-то аналогичную картину. Но в данной интерпретации конский череп оказался полностью закопанным в песок. И в таком случае появление змеи прямо из-под песка вызывает слишком уж много недоумённых вопросов; змея – это ведь всё-таки не какой-нибудь там дождевой червь. А вот башкирско-татарский народный эпос пошёл в этом направлении ещё дальше, обвинив Карла в расхищении могил своих предков:

И вот, когда он раскопал одну могилу, то из земли вместо человеческих останков явились кости лошади. Это был предупреждающий знак Тангры, но Джокэ-Утиг не внял этому предупреждению и стал копать. Тогда из-под костей выполз Змей, сын Бараджа, и укусил бека, от чего тот немедленно скончался…
«Джагфар Тарихы» («История Джагфара»). Ф. Г.-Х. Нурутдинов

В принципе все эти сказки, сочинённые солцепоклонниками ради собственной рабилитации, я мог бы тут не передавать на страницах этой строгой хроники. Но, представьте себе, среди современников Карла всё равно нашлись люди, поверившие даже в такое. Во всяком случае старый венгерский герб, изображение которого приведено мною во вводной части данной хроники, является самой наглядной иллюстрацией для вышеприведённой цитаты. Кстати, в этом случае получается, что Карл будто бы дерзнул ограбить курган самого Ярилы!


Польша. Краков. Курган Крака.
Польша. Краков. Курган Крака.

Древний могильный курган Крака (польск. Kopiec Kraka), равно как и близлежащий курган Ванды (расстояние между ними около 6 миль), – тоже располагается прямо на территории современного Кракова. Причём своими размерами эти два кургана отличаются очень даже несущественно – курган Крака всего на два метра выше, а диаметр его основания превосходит соответственный курган Ванды эдак метров на семь. Правда, курган Крака был в своё время воздвигнут на самой вершине довольно-таки высокого естественного холма Лясоты на высоте аж 203 м.

Кстати, как это хорошо видно, вершина кургана впоследствии кем-то и зачем-то была немного срыта. Впрочем, то же самое, похоже произошло и с курганом Ванды. А это в свою очередь означает, что изначально эти два кургана были на несколько метров выше. Впрочем, нам известно из совсем других источников, что на вершинах курганов изначально устанавливались огромные кресты. Так что эти плоскости на вершинах могут на самом деле представлять собой некие специальные площадки для установки на них оснований для такого креста.

А вот во время археологических работ 1934 года выяснилось, что внутренняя структура основана на высоком вертикально установленном шесте, который укреплялся по бокам равномерно размещёнными перегородками. При этом всё пространство между этими ними было наполнено камнями. Так что очень даже похоже, что изначально это была самая настоящая каменная пирамида, и тогда нынешний слой земли поверх неё – всего лишь наносной.

Кроме того современный польский профессор Лешек Павел Слупецкий предполагает, что курган Крака является древним захоронением какого-то очень даже знатного вельможи и при этом представляет собой лишь сравнительно небольшую часть несохранившегося до нашего времени кладбища. По крайней мере в качестве доказательства своей гипотезы он предлагает план Кракова, изданный шведами ещё в 1702 году, а также австрийскую географическую карту 1792 года, где, кроме кургана Крака вполне отчётливо и недвусмысленно обозначены и другие – меньшего размера – курганы.

§ 8. Лакедемон

На нынешнем этапе авары оставались лишь на северо-западе Европы, включая сюда конечно же и все издревле обитаемые острова. И самый большой из этих островов, на котором ныне размещается Великобритания, напомню, назывался в древности не Альбионом, как это принято ошибочно – согласно сложившейся традиции – преподносить сегодня, а Лак или Лаке – по названию одного одноимённого города, располагавшегося естественно на этом острове. А насчёт правильной локализации Альбиона в южной части Балканского полуострова я уже и так достаточно давно сообщал, чтобы сейчас не отвлекаться на эту тему снова.

И сразу же бросается в глаза столь откровенное созвучие топонимов Лаке и Лациум, что наверное можно считать подтверждением того, что этот город был основан (или возможно переименован) латинянами сразу же после покорения Бессарабии, когда этот остров достался Риму в «наследство». Правда очень похоже, что тогда были покорены лишь равнинные территории острова, тогда как аварское население в горах – на западе и севере – сумело сохранить полную или частичную независимость. Такой вывод напрашивается из того, что население этих мест так и не было ассимилировано, и эти языки, немного конечно же эволюционировав, дожили и до наших дней. Впрочем тут в принципе даже и спорить не о чем, ибо этот факт, за несколькими разве что малосущественными оговорками, практически не противоречит имеющимся каноническим данным.

И раз уж латинянам удалось в своё время ассимилировать огромные материковые территории, доставшиеся им как бы в наследство от бессарабов в эту далёкую эпоху, то то же самое должно было случиться и с местными туземцами острова.

Строго говоря, после присоединения римлян к Славской империи, лакейцы по всем правилам должны были тоже автоматически войти в список федератов, как это произошло в частности с Пермью. Но из-за удалённости территорий или же по какой-то другой пока невыясненной мною причине этого почему-то так и не произошло. И, судя по всему, они до сих пор ещё по-прежнему придерживались своих древних аварских верований, уповая на божественного быка Велеса.


Я уже недавно сообщал мимоходом, что Изот тем временем, пока Карл действовал на севере Европы, в основном занимался распределением земель между своими графами и баронами по жребию. Так вот не всем тогда хватало своих пределов, и на призыв царя, ратующего за новые крестовые походы, откликнулись скорее всего азовские англы или по-другому – даны. В этой связи напомню на всякий случай, что название Дания происходит от названия реки Дон в одном из его нескольких разночтений. Так вот эти даны как раз и попросили благословления у Изота на покорение островных лакейцев. Только вот в пороховом оружии Изот им если и не категорически отказал, то во всяком случае очень ограничил в этом, практически вынудив их воевать в данном случае в основном более традиционными на этот исторический период методами. Тем не менее кое-какое военное преимущество перед аварами у них всё равно оставалось – это конечно же стальные доспехи и оружие.

Город Лак англы захватили и победоносно двинулись дальше вглубь острова. Однако решили немного переименовать этот город и остров одновременно, чтобы его звучание хоть чем-то напоминало об их достижениях, а также о родном Доне. В результате получилось такое название как Лак-Дан. И именно так – Lacdan – должен был бы называться современный Лондон, если бы кто-то впоследствии не произвёл повторное переименование. Просто это современное название в таком его звучании никак не могло породиться на свет от названия Лак-Дан естественным путём, поскольку звуки «К» и «Н» в общем-то невзаимозаменяемы в человеческой речи. Так что здесь мы, как это видно, снова оказались свидетелями какой-то закулисной деятельности фальсификаторов истории, к чему уже давно пора бы привыкнуть.

Зато каноническое название Лакедемон, как видите, не столь сильно пострадало от фальсификации и в таком звучании оно очень даже похоже на естественное разночтение. Но только вот локализуется историками эта область ошибочно почему-то аж на Балканском полуострове.

Тем не менее в горных районах Уэлльса и Шотландии наступление англов немного заглохло. Между прочим оба этих топонима звучали при аварах практически так же, как и сегодня – Wales и Scot(-land) (по-английски) соответственно, а первое из этих названий по своему звучанию кроме того до сих пор столь откровенно напоминает имя бога Велеса. Тем не менее, несмотря на временные успехи, валлийцы и шотландцы всё равно вместо дальнейшей опустошительной войны предпочли заключить с англами некое обоюдное соглашение, по которому они попадали в некую вассальную зависимость и становились тем самым данниками англов. Ну и естественно им при этом пришлось принять обряд крещения – просто без этого никакого соглашения не удалось бы достичь.


Обратите внимание, что с этого момента для местных туземцев стартовал новый этап ассимиляции после романской – теперь уже готский. Но он, судя по структуре современного английского языка, так и не был завершён полностью. Нет, лакейцы в общем-то восприняли в конце концов основную структуру готского языка, но при этом были утеряны практически все падежи, роды, склонения и другие элементы, усложняющие язык. Ну а лексикон современного английского языка, как это известно, как бы не на целую половину состоит из романизмов.

§ 9. Могила Йуши

Я ещё вроде бы не сообщал, что по достижении совершеннолетия Изот, как это и ожидалось, перебрался наконец в Стамбул, и таким образом навания Ярославль, Троя и Вавилон тем самым переметнулись на этот раз уже на этот город, пополнив тем самым и так уже достаточно длинный список его имён. Впрочем топонимы Рим и Румыния тоже переметнулись сюда же вслед за Изотом. Во всяком случае до наших дней об этом убедительно свидетельствует множество сохранившихся географических карт, датируемых XV-XVII веками.

Строго говоря, искусственное название Византия придумано сравнительно недавно немецким историком Иеронимом Вольфом – ну очень уж не нравился историкам топоним «Румыния». И, забегая вперёд, могу ещё добавить, что это название просуществовало в неизменном виде применительно к этому княжеству довольно-таки долго с исторических конечно же мерок, позволяя называть и всю эту империю в целом Римской. Ну и, естественно, одновременно с этим и возникло общеизвестное вендское название Царьград, раз уж царь Изот и в самом деле выбрал себе этот новоотстроенный город в качестве постоянного места своей резиденции.

Тем не менее никто, думается почему-то мне, не станет оспаривать очевидное, что вокруг монархов всегда ошивается множество льстецов и лизоблюдов, и Изот конечно же просто не мог оказаться исключением в этом отношении. Можно нисколько не сомневаться, что были неоднократные попытки обожествить его при жизни, как это произошло в частности например с его отцом и дедом. Но по каким-то неясным причинам он неизменно отвергал все такие поползновения. Более того, он, в принципе имея такую реальную возможность, даже почему-то не стал себе заказывать при жизни пирамиду в Египте, положив тем самым конец подзатянувшейся эпохе богов на много поколений вперёд. Правда полностью преуспеть в этом направлении ему всё не дали, поскольку сохранились вполне недвусмыссленные сведения о том, что ещё при жизни он был признан раз уж не богом, то хотя бы святым.

Таким образом начал он свою карьеру ещё достаточно юным оракулом, и закончил практически тем же самым, а именно – пророком или святым, оставив при этом после себя двух законных престолонаследников – Бориса и Симеона. Впрочем для последнего имени мне известно ещё одно его вендское наверное диалектное разночтение – Шишман.

Этимология имени «Борис», полагаю, нам известна, поэтому осталось уточнить смысл второго прозвища – «Симеон». Так вот, как оказалось, на самом деле – это старое (скорее всего французское) навание Синайского полуострова, который в те времена контролировался естественно Францией. Так что прозвища обоих наследников оказались напрямую связанными с этим королевством.


Согласно некоторым путаным и отрывочным каноническим сведениям, Изот, процарствовав всего 21 год, добровольно (!?) отказался от трона в пользу своего первенца – Бориса – и предпочёл вслед за этим перебраться в свою родную Плиску. И там он достаточно долго и наверное бесцельно находил себе утешение и удовлетворение в основном в служении богам, следуя вероятнее всего столь заразительному примеру пророка Исайи. И вот приблизительно при таких обстоятельствах он в конце концов скончался скорее всего прямо в своём родном Невском замке.

Вид на гору Бейкоз
Вид на гору Бейкоз.

Однако ещё при жизни Изот успел распорядиться, чтобы его впоследствии похоронили прямо на месте пролома крепостной стены старой Визы, некогда разрушенной им же самим, и символично положили в эту его могилу те самые каменные ножи, которыми он некогда производил как раз на этом самом месте обряд краеобрезания новообращённым тогда ещё сицилийцам и сардинийцам. Таким образом его могила должна располагаться как раз на месте дома Лидии, которое некогда стало эпицентром взрыва заложенного там пороха.

Между прочим современная исламская традиция озвучила готское имя Йозеф как Йуша. Так вот по мнению исламистов могила Йуши располагается на вершине так называемого Холма Йуши, который находится на азиатском берегу Босфора в районе Анадолукавагы (гора Бейкоз 200 м над уровнем моря, практически напротив Стамбула), и является весьма популярным местом паломничества в основном турецких мусульман. Во всяком случае современные исламисты, в отличие например от христиан, иудаистов либо, допустим, от историков, абсолютно убеждены, что святой Йуша, некогда захороненный здесь, как раз и является не кем иным как ветхозаветным Иисусом Навиным.

Но основным поводом для таких сомнений является то, что все имеющиеся могильные постройки на горе Бейкоз как-то слишком уж откровенно молоды. Однако я бы очень даже удивился, если бы вдруг оказалось иначе после того, как в этих местах уже в первой половине XX века «немного» похозяйничал Ататюрк, распорядившись среди прочего застроить эту гору современными зданиями. Так что существующие на этом месте могильные сооружения едва ли могут быть намного старше середины XX века.

Поэтому гораздо больше меня в этой ситуации волнует сама – фактически рукотворная – гора Бейкоз, состоящая почему-то из принесённых камней и насыпного грунта, что, согласитесь уж, несколько неестественно и больше похоже на некий могильный курган. А прямо по-соседству, кстати говоря, до сих пор расположен ещё один аналогичный искусственный объект. Но он определённо – уже более поздний по своему происхождению. Тем не менее в совокупности они образуют собой как бы целое древнее кладбище. Так что, если исторический и реально существовавший некогда царь Изот и в самом деле захоронен именно там, то уж никак не на вершине этой «горы», как это превратно преподносится нам сегодня, а совсем даже наоборот.


Следующая биография

Оглавление